Великий цифровой

Обновлено 14.09.2009 03:05 Автор: Виктория Мусорина, Ольга Федина 29.07.2009 13:28

Печать

Размер российского рынка развлечений (отнесем туда теле- и кинопроекты и создание компьютерных игр) мизерный. Игровые и киностудии можно пересчитать по пальцам, причем десятка не наберется. В основном, это маленькие компании с небольшими бюджетами и очень молодыми командами. В числе крупнейших новых студий — «Базилевс», «Улитка». «Мосфильм» в один ряд с ними мы бы не ставили, уровень творческого наследия и профессионализма несравнимы. Для сравнения: в Америке и Европе студий сотни.

В современном кино играют не только актеры, но и трехмерные компьютерные
модели, созданные программистами (©iToday.ru)

Это не значит, что наши специалисты по компьютерным эффектам хуже западных коллег. Для такого производителя, как Autodesk, российский рынок, оказывается, самый важный в Восточной Европе.

Большинство западных студий работает на стандартном софте и покупает обновления за большие деньги. Российским студиям тратиться ни к чему, говорит директор студии «Мотор» Артем Голиков. Для легализации процесса можно купить пару лицензионных версий на контору, но и то — когда гром грянет. В основном, софт покупается на «Горбушке», а то и в переходе (на пиратских лотках в Москве можно встретить, например, Autodesk Maya, с помощью которого сделаны десятки блокбастеров, «Пираты Карибского моря» — в том числе). Поэтому в России и операционные системы, и программы — всегда самых последних версий. Мало того, что у нас софт новее, его еще и по наименованиям больше.


Подсчитаем

Долю софта в бюджете фильма можно подсчитать лишь очень приблизительно — обычно цифры не раскрываются, говорит менеджер Autodesk Олег Сигачев. Предположим, над фильмом трудится группа из 30 профессионалов, и весь фильм напичкан спецэффектами. Стоимость программного продукта Maya Complete составляет 2,5 тыс. евро. В общей сложности, придется потратить 100 тыс. евро. Еще примерно столько же потребуется на хорошее железо. Значит, IT-оснащение обойдется студии в $200-300 тыс. По западным меркам, это порядка 1% от бюджета одной только ленты, доля, в общем-то, мизерная. В российской индустрии наверняка будут другие цифры, считает г-н Сигачев.

Софт на студиях обычно подбирается сравнительно случайный, обычно тот, что идет как сопровождение к «железу», — рассказывает сценарист Евгений Козловский. Следовательно, всё зависит от железа. А оно на разных студиях, на разных фильмах — принципиально разное. Вендоры тоже получаются случайные.

К примеру, в крупнейшем холдинге, объединившем производителей компьютерных игр, Astrum Online, при создании игр не брезгуют и российскими производителями — если цена на софт у них выгоднее, чем у западных конкурентов. Рассчитать среднюю стоимость игры невозможно, говорит представитель холдинга Владимир Рыжков. Для каждой конкретной нашей игры из нашего пула стоимость специального софта занимает в разработке очень разные доли.

К примеру, производственный бюджет готовящихся к выходу «Аллодов Онлайн» — пара десятков миллионов долларов. Бюджет другого крупного проекта, готовящегося к выходу в 2013 году, под рабочим названием «Солнце» — $50 млн.

Арт-директор студии Katauri Interactive (разработчик игр для ПК) Александр Язынин готов назвать долю ПО от общего бюджета игры. С его слов, это порядка 3-5%. При этом многие студии, особенно региональные — чем дальше от Москвы, тем положение хуже, — до сих пор работают на нелицензионном софте.

Яркий тому пример. Артем Голиков, который раньше работал в известной ныне своими мультипликационными проектами студии «Улитка», утверждает, что абсолютное большинство сотрудников в киноиндустрии разделяет мнение, что любой потребный для изготовления кино софт стоит 300 рублей.

Платить большие деньги за лицензионный софт в России мало кто готов. Из-за этого альтернативы западным программным продуктам уровня того же Maya в России нет и быть не может.

«Наши умельцы пишут довольно серьезные плагины — маленькие пристроечки к большим программам, — говорит Артем Голиков. Еще у нас есть неплохие разработки по софту, необходимому для коммуникаций между участниками производства. Но осилить серьезную графическую программу — для них это немыслимо. Конечно, при прочих равных я выбрал бы российский софт, но это равно мечте о том, чтобы на АвтоВАЗе выпускать Lexus. „Конкурентоспособных программ для 3D-моделирования в России не будет никогда“, — заключает наш эксперт.

Как видим, на российском рынке софта отдельные участки сохранились в первозданном виде, где пиратство как процветало с начала 90-х, так процветает. Ничего не изменилось, кроме масштабов разве что.


Надежды производителей

В самом Autodesk очень ценят то, что удается сделать их российским покупателям. К примеру, в презентационном наборе из лучших кадров, сделанных с использованием решений Autodesk, используется кадр из „Особо опасен“ — эффектное столкновение пуль. На всемирной конференции SeeGraf, которая в 2008 году прошла в Лос-Анджелесе, кадры из российских кинопроектов использовались для демонстрации возможностей программных продуктов для кино.

Рынок в России есть, просто пока он не достиг зрелости, считают в Autodesk. Сами российские игроки оценивают свое положение реалистичней и циничней.

»У меня кинобизнес не ассоциируется с терминами «рынок», «потенциал», «вендоры». Привычней о нем думать в терминологии «откаты», «распилы» и «кидалово». Визит Шарапова в банду «Черная кошка» помните? Представьте, что он говорит: «Мы завтра пойдем Фокса выручать, предлагаю всем заранее купить билеты на автобус, чтоб не нарушать правила проезда в общественном транспорте». Так и у нас. Среди множества нарушений закона, сопровождающих съемку фильма, уладить вопрос с каким-нибудь Autodesk стоит, наверное, на сотом месте«, — делится внутрицеховыми секретами Артем Голиков.


Недорого в производстве — невыгодно в прокате

Легальное использование дорогих решений для профессионалов (таких, как Autodesk Lustre) все же случается. К примеру, на «Мосфильме». Расширение числа подобных клиентов — это направление развития Autodesk в России считает главным.

И для Autodesk, и для других мировых производителей, успех зависит от проката фильмов и количества лицензий на сериалы, сделанных с помощью легальных программных продуктов для трехмерного моделирования. Пока радоваться особо нечему: в западном прокате сравнительно успешно прошел лишь один российский фильм — «Особо опасен». «Нужно, чтобы у российских телекомпаний покупали лицензии на телесериалы, чтобы компьютерные игры переводили на разные языки и продавали», — говорит Олег Сигачев. Пока это если и есть, то в мизерных объемах. Нехарактерный пример — онлайн-игра «Пятые герои» производства Nival Online (недавно вошел в Astrum Online), что была переведена на несколько языков и разошлась миллионными копиями.

Зрелость отечественного кинорынка — это зрелость системы проката, т.е. количество вырученных за фильм денег, подтверждает Евгений Козловский. Пока у нас, по его словам, проката попросту нет — в том смысле, что фильм в российском прокате приносит единицы процентов от сумм, которые он же выручает в США, Франции и даже в Чехии.

Причина этого, возможно (и даже, скорее всего), та же, что и на рынке софта для производства кино: пиратство. Первыми от него должны отказаться сами кинопроизводители. Так логичнее.

Источник: itToday